Приветствую Вас Гость!
Четверг, 15.11.2018, 05:05
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Мини-чат

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Поиск

Глава 3. Часть 1.

От замреда до консьержа, или Питер – Елец – Зеленоград –Железнодорожный – Александров – Москва

Этот текст представляет собой регрессию назад, в годы 2004 – 2006.

 

22 января 2004 – начало Обезьяны по китайскому календарю. Мой 4-ногий друг…

24.01. Вчера “МГ” (“Металлург”) напечатал “Неверье и страх попирая” Колядова (в 2007-м выйдет и в “Ел.Вестнике”). Я об этом узнал только сегодня, скупил в киосках номер с публикацией, дарил направо и налево, ликовал и радовался жизни. Привожу статью полностью, она стоит того.

«Впервые я увидел Михаила Трубицына в редакции  елецкой газеты “Красное знамя”, куда его только что зачислили корреспондентом промышленно-транспортного отдела. Худущий и длинношеий, как аист, он сидел за столом   над неоконченной рукописью и с аппетитом уплетал морковку. Его старшая коллега, ветеран советской печати, разделявшая с ним длинный и узкий, похожий на гроб кабинет, смотрела на это с нескрываемым отвращением.

“Представляешь, - шепнула она мне на ухо, отозвав как бы по делу в коридор, – целыми днями жует что-нибудь овощное. Ну прям грызун какой-то! Дай мне волю – застрелила бы и не задумалась!”. Откровение газетной волчицы не волчицы, а дворняжки уж точно, позабавило и удивило: надо же было Мише так настроить её против себя! И чем? Обычным вегетарианством? Или его неприятием спиртного, о чем, фыркая от  негодования, сообщила она же. Понятно: непьющий репортер – такая же невидаль (древнейшая профессия обязывает!), как балерина-тяжеловес. Но не отстреливать же за это!? Нет, подумалось, тут что-то другое…

“Секрет полишинеля” недолго оставался секретом. Выяснилось: единственный беспартийный сотрудник редакции М.Трубицын оказался вдобавок ко всему еще и вольнодумцем. Конечно, времена были перестроечные, горбачевские, когда многое уже дозволялось. Но не в такой же степени, чтобы бросать тень на “славное” звание идеологического работника и всё, столь же “святое” и, казалось, незыблемое! А Михаил это себе позволял, став одним из основателей и сопредседателем ассоциации избирателей, где кучковались самые отъявленные городские диссиденты и прочие недовольные. И пусть редакция не причисляла себя к бастионам надоевшего всем режима, неудобного сотрудника она как-то быстро и решительно отвергла. Предлогом для увольнения, впрочем, стало отнюдь не его вегетарианство и вольнодумство, а вульгарное недовыполнение плана по “строкажу”.

Писание заметок и репортажей он справедливо считал делом не самым важным в своей жизни, предпочитая ему то, что давно и властно занимало его целиком, – поэзию. В Ельце, где “поэтом”, благодаря творческой группе при той же редакции и ежемесячным литстраничкам, считает себя чуть ли не каждый сотый (некоторые уж и собранием сочинений в 10 – 15 самопальных томов обзавелись) это никого бы не трогало, не отличайся он так отношением к ней. Другой за пару присестов поэму накатает, а он, может, за неделю, а то и месяц – всего одну стихотворную крохотулю. Но какую! Запомнилась его “Русь несвятая”:

“В скудельницах торных просторов покоится пращуров прах. Украинной вольницы норов железом распят на холмах. Устав от земного полона, князь Дмитрий  мечтает, как встарь, рассеять поганых у Дона и меч возложить на алтарь. Дымится земля под крестами, встают из разверзшихся ран несытые Гитлер и Сталин, за ними – хромец Тамерлан. Улусы волшбы и мороки, где нежить вступает в права… Подвижники и скоморохи, чья слава в преданьях жива! Неверье и страх попирая, стучите потомкам в сердца! И выстоит Русь несвятая по воле людей и Творца”.

Эти, как и другие его стихи, навеянные вселенскими и восточными мотивами, иногда печатались, вызывая в основном недоумение и неприязнь: “Возносится больно! Писал бы, как все, – без заморочек!”.

Вытесненный к девяностым из газетчиков, Миша, впрочем, долго не унывал: устроился ответсекретарем в общество охраны памятников истории и культуры, а по выходным торговал книгами на рынке, прямо под окнами своего дома, где он до сих пор живет в двухкомнатной квартирке вместе с женой, заводской работницей, и тринадцатилетним сыном. Любимое его занятие в свободное время – политические тусовки. Автор этих строк уверен: пройдет время, и местные краеведы в своих опусах о революционных девяностых чаще всего будут называть его имя – как активиста практически всех новообразованных партий, движений и обществ, начиная от “ДемРоссии” и “Демвыбора” и кончая НТС (Народно-трудовым союзом) и партией “зеленых”. Вдобавок ухитряется руководить литературным объединением “Верба”, эзотерическим клубом “Тезис”, Духовным альянсом России и еще, наверное, десятком подобных, порою формальных, но отчасти весьма жизнеспособных организаций. Руководит и участвует во всем совершенно бескорыстно, не получая за труды ни цента.

Ну а на жизнь поэт зарабатывает журналистским пером в крошечной частной газетке, широко известной своей склочностью и крикливостью. Позицию издателя (он же главред) совершенно не разделяет, что доказал однажды, оставшись за него на пару недель. Малограмотный политлисток за это время превратился в совершенно иное издание, о чем доселе не без улыбки вспоминают подписчики. Открыв свежий номер “Елецкой газеты”, вместо привычных бессмысленных “простынь” на первой полосе они увидели нечто фривольное и занимательное. Одни заголовки чего стоили: “Изучайте мат”, “Проституткам – надежную крышу!”, “Иисус – колдун ХХI века”… Тут слилось всё: и стремление, столь органичное для творческой личности, эпатировать обывателя, и протест против редактора-конъюнктурщика, и чисто либеральные пристрастия.

Появились небольшие заработки, появилась возможность издать свою поэтическую книжицу. В ней – верность все тем же глобальным мотивам, о чем говорит и название: “От Ельчика до Брахмапутры”. Она – карманного формата, в белой мягкой обложке, тонка и невзрачна на вид, но повесомее “томов многопудья” иных рифмоплетов. Иногда  открываю ее наугад и читаю что-то весьма меня трогающее, например:

“Не спасает ни водка, ни йога: одряхлел “атакующий класс”… Имя этой страны – Безнадега.  Русь, зачем ты оставила нас?  Где заступники,  где  обереги?  Мы несем свой бессмысленный крест. Над погостами – белые снеги, да развалины строек окрест. Обветшали победные стяги. Наша совесть – в свинцовом долгу… Сколько было напрасной отваги, красной крови на белом снегу! Вот и “комми” пора в путь-дорогу – в пыль анналов, на самое дно. Маркс не явится вам на подмогу. Уходя, допивайте вино!”.

Или такое, уже много лет созвучное моей душе:

“Но прекрасней, чем молодость, зрелость. Опостылело вдруг карате, за “Кайрат” и бомжей отболелось, отоснилась Доронина Т. Отряхнув мишуру, выявляю в море связей  единый закон. И уже не вздохну с журавлями, не взойду  с рюкзаком на перрон. Не сочту неразумно-случайным ни венец, ни острог, ни склероз, созерцая с привычной печалью перфокарту восторгов и слез... Нет на свете ни тайны, ни чуда, лишь друзья и враги – до конца. Есть за что умереть. А покуда – выше стяги, моя крепостца!”.

В крупном городе, тем паче в столице Михаил, наверно, был бы не столь заметен среди себе подобных. Хотя кто знает: среда ведь не только нивелирует, но и возносит до небес! В провинциальном  же мещанском городке, где дарования, тем более столь оригинальные, наперечет, он как некий утес, о который разбивается бездуховность. А поэтому так и хочется сказать, невольно откликаясь на его строки: “Ну да, Миша, всегда есть за что умереть! Но лучше жить и радовать других. Самим фактом своего небезгрешного,  но точно уж не подлого существования».

*  *  *

31 января пришло письмо от великой рерихнутой О.Стуковой (издательницы разнообразных нетленок и искр Света – как собственного производства, так и принятых от махатм), в коем она в подтверждение нашей предварительной договорённости зовёт в град Петров. На пару месяцев работа (оч.интересная), кров и пища – гарантированы, равно как и оплата проезда. (Знать бы заранее, как оно обернется на деле! Но и всё равно, наверно, решился бы: уж очень достали Соколов и девки-сослуживицы.)

7 февраля. В динамике моих побегов от Нинки к маме есть странная закономерность: год назад я ушёл после язвительного жениного вопроса о Любе, сегодня – о Снежане. Меняются только имена подозреваемых во внебрачных связях, в то время как никаких связей как не было, так и нет (ну, лёгкий массаж сисек не в счёт).

8 февраля. Зашёл “русский цыган” Алексей (неохиппи с Чёрной слободы), купил книг и в два счёта убедил супружницу, что работы в Невограде навалом, ехать стоит (до того она отчаянно сомневалась).

20 февраля. Новолуние.

24 февраля. Долгожданное увольнение.

5 марта. Разговор с В.Казаковым. В столице Васька изучает тайцзи у самого Бойко, в мае опять приедет на родину предков – может, насовсем. (Хрен там – навсегда останется в Московии, купив жильё в Истринском р-не...)

14 марта. До избирательного участка так и не добрался. Сегодняшний день – день отсчёта новой эры, моего перехода  из Великого Среднего в духовное сообщество. Решено: в Петербурге познакомлюсь с Калинаускасом, вступлю в Школу (увы, не свершилось!).

15 марта. И Люба в восторге от ИНК (Игоря Николаича К-са), – однако её экзальтированность, нецеломудренность в исповедании очередной новой веры меня непроизвольно отталкивает.

16 марта, 25 л/д ("Раковина", или "2 сосуда"). Ах ты, милая толстушка тушка-тушка! Многолетняя дружба с Колобком сегодня заиграла новыми оттенками: после распития алкоголия мы чудесненько переспали у нее дома, пока не было матери. Жизнь в кайф!

18 марта, 27 л/д! Звонок от агента телестудии: в воскресенье надо прибыть в столицу на кастинг. Предварительный сбор группы в субботу у кинотеатра "Луч".

19 марта. Ставим газовый счётчик.

20 марта – едем! В поезде болтал с бывалой девчушкой-актрисулькой, озабоченной вечной женской темой "От кого родить...".

21 марта, Луна в Овне, весеннее равноденствие. Нагиевский телецентр "Окна". Кастинг, а потом и съёмки прошли успешно. Заработал 1,5 тыщи (из них 500 рэ – премия по личному распоряжению режиссёра. Её оставил себе, а тысячу – семье).

Дневника в столицах я, конечно, не вёл, а ретроспектива такова. С тоской припоминаются пространные нудные повествования Оли Му, визит в редакцию нового литературного журнала "Нашли!", договорённость с его владельцем и редактором Мироновым о работе корректором с окладом в 300 долларов (у Ольги – замреда! – было только 200). Но главная фишка состояла в том, что при объединении мироновского изд-ва "Патрия" с каким-то другим на целый год высвобождался особнячок на Лубянке, в котором мне и предстояло обитать вместе со свежеразведённой ОМ. Объединение не состоялось – о чём несостоявшийся нашлист узнал, впрочем, только на невских берегах. Так что пожить с Олюсёнком под одной крышей не довелось – и слава Те, Г-ди! А с Димкой они потом по 2-му кругу поженились J.

31 марта ельчанин оказался в северной столице, где пробыл 40 дней, умотав на брега Сосны только 9 мая.

В Питере поразили высокомерие, грубость и невежество “второй” Ольги (после этой встречи мы навеки разошлись), великолепие архитектуры и ландшафтов (Невский проспект и Михайловский замок вечером, Марсово поле днём), озадачили “танцы всеобщего мира”, погрузила в сон лекция “великого мага” Олега Покровского… Хорошо было в “Другом мире” (ньюэйджевском центре "религий" и учений), Петергофе (нечаянное увлечение многодетной поволжской экстрасенсшей), на море (нудистский пляж), у пруда в парке (знакомство с православной молодайкой) и у Высокого кедра на острове (песни “солнечных бардов”). Но при этом общим фоном – тоска, тоска, тоска по Женщине и озабоченность финансовыми делами.

Вернувшись nah hauzen, вручил Нинке 3 тысячи, заработанных частью на одной из питерских строек, частью на выборах (ещё елецких!). Ей, козе, всё мало, но я порешил: учись экономить! (в загашнике, впрочем, осталось 4000, мне они нужнее). И пошла елецкая жизнь…

Ночь с 12 на 13 мая ("Крокодил Маккара"!) провёл у мамы, благо Сашка в армии и его скрипучая койка свободна.

16 мая, 27 л/д, воскресенье всё ещё у мамы. Написал супруге разводное письмо, передал его с Илькой ("Петуху с Драконом дела лучше вести через посредников...").

20 мая. Нина, паче чаяния, ведёт себя достойно, но мне всё равно тяжко: привык...

Подал иск на Соколова, который не выплатил, гад, выходного пособия. Вчера начал работать на разборке сарая С.Трубицына (200 р. в день, неплохие деньги для разнорабочего, плюс обед).

7 июня, Петров пост. Николашка на суд не явился. Мы с Нинухой помирились. (8 июля иск бывшего журналиста к редакции “ФсА” будет удовлетворён в его отсутствие.)

16 июня, утро. По совету Нинки решил пойти в проводники. (Месяц был на исходе, поэтому замысел не воплотился. Зря потрачены время и деньги на ненужную учёбу...)

Мистика цифр: 15, 14, 13 и 3: 15 лет мы с Ниной вместе, 14 годков Илье, 13 лет до пенсии мне, три года – жене (столько же сыну до окончания школы).

17 июня, 29 л/д (“Майя”, или “Спрут”). Новое знакомство. Сергей Ильин – выходец из Туркестана, лидер азиатского землячества в Ельце, владелец магазина восточной экзотики и эзотерической литературы “Ноумен” (ул.Коммунаров, во дворе автошколы). Безусловно, колоритная фигура, если не сказать больше. Особенно если верить всему тому, что он наплёл на голубом глазу. С детства, грит, ходил в горы, где “чудеса, где леший бродит”. Знает дорогу к развалинам храма Сидео Кина на Памире. Участник некоей “конференции продвинутых” 1994 года в Таганроге, почитатель Гурджиева, сам Учитель (учитель чего – непонятно, но ученики якобы есть в Орле и др.городах). А учитель нашего Учителя – какой-то режиссёр Овчинников из Москвы.

18 июня, новолуние. В.Зотов, занятия ушу. Защемило нерв.

13 июля. Письмо от А.Фролова с 2 номерами “Взлётной полосы”.

20 июля. По совету Любы стал практиковать “наблюдение” и “внутренний огонь”. Хватило меня ненадолго…

21 июля. Разгружал кирпич у С.

27 июля. Читаю “Основания духовности” Р.Уолша, буду работать.

29 июля. Начинаю уолшевскую Практику №2 “Эмоциональная мудрость” (я бы назвал её иначе: или Агапэ, или Исцеление сердца).

  • Мир вам, люди и демоны, птицы и змеи! Прощаю долги и обиды. Разоружаюсь, становлюсь кротким и смиренным. Живите все – графоманы и коммунисты, бандиты и сатанисты. Я больше не воин, я – любящее сердце…

18 августа. Дозрел до идеи поиска новой жены. Критерии: с огоньком, но без заскоков, спокойная, уравновешенная, любящая стихи, особенно мои (и чрез 3 года всё сбылось! Но об интеллекте заказанной кандидатуры умолчал, и теперь маюсь).

19 августа, Единорог – день отказа от соблазнов. Задумался: может, не дурачить женщин, спокойно и строго жить одному? Читаю Идрис Шаха, взыскую просветления. Освобождаюсь от лишнего (напр., принял решение о закрытии ТО “Верба”, давно ставшего фикцией).

21 августа побывал у Зотовых, познакомил Владимира с Уолшем. Вчера окунулись с Любкой в Сосенку. Бр-р, вода холодная!

Уже 3 недели без секса. Нинку – ненавижу! Пора насовсем переселяться на 220-ю…

28 августа. Сдал экзамены, теперь я – дипломированный проводник. А толку?

1 сентября. Позвонил Невзоров, предложил подвезти в столицу (взаимовыгодно: в Москве я ему помогу, а он ещё и заплатит).

                                                                МОСКВА,  ЗЕЛЕНОГРАД                                                           .

                                                        (дневника не вёл, это ретроспектива)

Со 2-го числа жил у Ольги, пока не надоел Димке. Трудоустроиться на ж/д не сумел, ни от РОНСа, ни от НТС помощи не дождался – даже переночевать не пустили – и мог несолоно ретироваться на родину, когда бы не Иван Сергеевич Еремеев (как и я, бывший пациент миитовского профилактория). Он сначала нашёл меня в Ельце по старому телефонному номеру, пригласил на заработки, обещая бесплатное проживание на домодедовской даче, а потом реально приютил в своей пустующей крюковской квартире на 2,5 месяца, за которые ельцофский стихоплёт так и не нашёл ни достойной работы, ни даже Музы… (В мае 2012-го Сергеич нашёл меня уже в Сочи – по нетовскому блогу, вестимо. Хоть кому-то я в этом мире нужен и интересен…)

О Музе даже говорить не хочу, а работа постоянно попадалась временная: расклейщиком (по-нынешнему – менеджером по распространению информации об объективной реальности J), внештатником в “Крюковских ведомостях” (см. бум.Приложение), книготорговцем у бизнесмена Саулюса и помощником у самого хозяина – то в квартире, то на даче. Предложение гендира холдинга возглавить редакцию “КВ” не принял (точнее, сначала принял, потом отказался), дабы не лишать работы милейшую Нину Казьмину, с которой мы неожиданно оказались земляками. Увы, жертва была напрасной: старую редакторшу всё равно ушли. Впрочем, не очень-то и хотелось (хотя карму репортёра придётся таки доизживать – уже в Ельце).

Было интересное общение и помимо работы: с Игорем И.Березовским (ньюэйджевское движение “Целый мир”), графоманшей Эмилией Перль и поэтом Столяровым, редакцией альманаха “Лики” (чуть не опубликовался), неотантриками из Медитационного центра на Петровско-Разумовской (Свами Даши, Праздник тела), молдаванами и гагаузами.

В свой день рождения (27 лунные сутки) довелось услышать в телефонной трубке: “Я с тобою развожусь” недаром эта высоцкая строчка вертелась в голове накануне!.. Что ж, стал окончательно считать себя неженатым.

12 октября. Любка привезла мне теплые вещи, но исхитрилась так пройти по вокзалу мимо, что ни я её не заметил, ни она меня. И вместо того чтобы оставить барахло в камере хранения, увезла всё обратно. Но Небо не оставило несчастливца, послав туфли, пальто и куртку для расклейки (в хорошем клеить нельзя: перемажешься) – всё с помойки. Ом шанти!

7 ноября – энтээсовская панихида по жертвам Октябрьского переворота.

8 ноября – тоска, тоска-а!..

9 ноября – опять несчастливый для меня 27 л/день: сразу два динамо.

25 ноября. Хозяин окончательно разочаровался во мне и отказал от дома (“Вот если бы ты устроился на нормальную работу…”). И снова незабвенный Павелецкий, скорый липецкий поезд. Уезжал, надеясь на скорое возвращение и доблестный труд в одном из реутовских газетонов под патронажем Михал-Михалыча (“А в редакции можно и жить”). Но ничего не получилось, – видимо, я запросил слишком высокий оклад – 10 тысч, а красный православный патриот ММ (о нём как-нибудь потом) куда как прижимист.

ОПЯТЬ  ЕЛЕЦ

26-го, разминувшись с шурином Славкой на вокзале, пёр весь багаж на себе. Сказать, что Илька обрадовался компьютеру – значит не сказать ничего. “Папа, мне кажется, это сон…”. А бывшая благоверная даже поспать с дороги, просто прикорнуть часок на диванчике не предложила – турнула к матери, хотя я ей привёз, помимо денег, шубу и 2 пары туфель на широком каблуке (с помойки, правда, но ещё вполне). Что ж, развод так развод. А старый комп мне подарила О.Мунтянова.

9 декабря. Решил: бросаю пить всякий алкоголь и навсегда. (Ха-ха…)

10 декабря. Неожиданно приехали московские инструкторы (Юрка-астралец пригласил), и я тут же начал практиковать фалунь (быстро бросил).

21 декабря. Областной Гражданский форум. Журналист Г.Чаплыгина (предложила сотрудничество). Н.Ризаева (жена б. демлидера Ризаева). Скопинская и Жиров из Ассоциации липецких авторов (КСП). Фёдоров, Сазонов, Котов…

29 декабря перетащил домой свои бумаги, кооптированные Нинухой в сарай.

30 декабря –КРИЗИС”:

 

Как Пегас летал высОко,

будешь долго видеть сны…

Пробудишься гол как сокол,

ни работы, ни жены.

 

Напарившись над Парнасом,

будешь с маху ввергнут в быт.

Над паршивым чирибасом

потрясись, как мелкий жид!

 

Отнеси на рынок книжки

(Гёте, Блок, ты сам, Гайдар),

с Сатаной сразись в картишки

и – поставь на кон свой дар.

 

Потеряв талант куплетный,

сопли спрячь и не греши.

Отыщи родник заветный,

тайный ключ в лесной глуши.

 

Отхлебнёшь воды – и тут же

обретёшь былую стать.

И поймёшь: бывает хуже.

И опять начнёшь летать!

                        (закончил 7 января 2005)

 

2005

Деревянный зелёный Петух

Благоприятны занятия литературой

2 января на пару с Черныхом напилили дров Любке. У неё сейчас “штайнеровский” период, сладко мечтает в будущих жизнях создавать планеты...

3 января посетил Рябичева (см. ссылку на елецких эзотериков в “Мемуарах оккультиста”).

11 января. Только помолился: “Господи, деньжат бы немного!” – как тут же пришёл Илька со стольником от какого-то мужика и известием о вакансии в “Книгомире” (2600 руб.).

13 января. Прошёл тесты; я не меланхолик, как считал, а холерик!

7 февраля пытался устроиться каменщиком на агрегатном.

11 февраля в поисках работы обошёл окрестности, везде облом.

Продал свой серебряный запас, выручил чуть больше полтыщи… А приставы в этот день, наконец, перечислили мне “соколовские” отпускные (хм, День прихода).

18 февраля. Снял с книжки 1030 рэ. Нина скромненько испросила стольник, дал два.

Из объявления узнал, что “Елецким кружевам” требуются экспедиторы для поездок в Москву. Оклад обещают высокий!

 

От “Елецких кружев” до Медведок

21 февраля 2005. Полный надежд, пришел на “Кружева” и выяснил, что им нужны не экспедиторы, а скорее продавцы, причём женска полу (а в объявлении написали черт-те что, да и кадровичка не дала внятной информации). Собрался было отвалить, но тут меня окликнул Витька Ишанов (брат поэтессы Людки Шеховой и алконавт), и мы с ним на пару устроились в ведомственную охрану. Зарплату, правда, задерживают месяца на 2 – 3, зато начальник вменяемый – А.И.Дюков – и график сутки/трое.

23 февраля, День Российской армии, начало трудовой деятельности. Воспользовавшись служебным телефоном, обзвонил полгорода. Помирился с Колядовым (расплевались было из-за оценки Путина). Ночью грызла мысль, что, пока сплю, кирпич сопрут: он лежит открыто, бери – не хочу. Конечно, не тронули – кому оно надо?

24 февраля. Годовщина увольнения из “ФсА”.

27 февраля. 2-й р/день – и, возможно, последний на объекте “Строчевышивальное производство”: по просьбе Витьки перехожу на главный корпус.

Прикинул, что за сутки работы здесь платят более 300 тугриков (а на стройке за световой день – всего 200!). И выспаться, в принципе, ничто не мешает…

6 марта. Концерт “Женское умение любить”. Громовиков, Лапина, Семенюта, Сафронов. Завтра снова дежурю на СВП.

8 марта. Вчера сразу 2 приятеля пытались познакомить меня с одинокими дамами. Но луна была плохая, и ничего не получилось.

13 марта. Застолье по случаю “дня варенья” Лидочки.

14 марта. Вот и прошёл год в рядах ДУХОВНОГО СООБЩЕСТВА. С нулевым результатом. Назад, в Великое Среднее! Отныне – просто жить, радуясь сам и радуя других, по мере сил совершенствоваться и помогать взыскующим Освобождения.

3 апреля начал формулировать свои религиозные убеждения:

Земля – исправительная колония, где основная масса поселенцев отбывает сроки за проступки инопланетных (первородный грех), а потом и земных воплощений (но мало кто эволюционирует – гораздо чаще происходит прямо противоположное). Исправившиеся переселяются в иные миры или становятся бодхисатвами тут. Освобождение может быть ускорено осознанным приятием страданий. Внутренний путь эволюции – тригун (от тамаса к саттве и дальше).

 

25 апреля. До 22:23 были 17 л.с., “Шакти”. Потянуло к Любке. Могучая космическая энергия привела на Допризывную и Юрку, одно время бывшего её ухажёром.

7 мая. Набрёл на “Карму и сексуальность” Залмы Рейо. И снова из Великого Среднего – в духовное сообщество!

24 мая. Весак выпал на Кирилла и Мефодия.

Собрание в Илькиной школе.

27 мая. Душистые ландыши – Жанне…

 

Послание Ольге М. (накануне Пасхи).

                     Здравствуй, Оля!

Пишу тебе письмо, Илюшка помогает и одновременно мешает мне. У меня все почти по-прежнему. Работаю охранником на «Кружевах» и продавцом в киоске.

Охранником - почти синекура, да еще в 4 минутах ходьбы от дома. Продавцом - хуже, там такие отморозки подваливают... Раз разбили стекло. Милиция никого не поймала.

С женой ровные, прохладные отношения. Других женщин в моей жизни пока нет... СКУЧНО.

Хочу выбраться в Москву. Туда ходят легковушки с нашей фирмы, вот я с одной из них и хочу. Нужно только договориться с экспедиторшей. Вопрос, захочет ли она?

С деньгами сейчас нормально - подрабатываю еще и на выборах в горсовет - но за свои кровные в Москву все равно не поеду, - из скупости.

Комп работает хорошо, скоро И. установит Микрософт  Ворд - и вообще будет классно.

Кстати, сын тебе кланяется и хочет сам сказать пару слов. Передаю ему клаву.

- Спасибо Вам ОГРОМНОЕ, Ольга Геннадьевна!   :-))))    Компьютер клёвый, фильмы крутятся без тормозов, правда, на видюху пришлось дрова качать с Инета, но ничё, нашлись.

Даже Контра неплохо работает.  

(Контра - это игра. ежели ты не в курсах. Это опять я, Мишка.)

Пошлю тебе сейчас вдобавок к стихам свои биографические данные и фото. Это на предмет публикейшн в "Нашли". Привет шефу. И поздравления к Пасхе (тебя-то я отдельно поздравлю, а его - сейчас, авансом, а то потом забуду...).

Еженедельно выходить в И-нет не получилось: Илья за пару дней "сожрал" 50рублевую СТК-карту, которой я расчитывал пользоваться пару месяцев. Сейчас купил новую.

Пока!   Дон Мичел.

29 мая, “Табун”. Под боком (точнее, напротив рiдной хаты), в элитной малоэтажке обнаружил новый оздоровительный клуб. Хозяйка – бизнесвумен Ирина Варнавская, оч-чень большая оригиналка!..

Косил траву у Любки.

31 мая. Жёг костёр. В овраге нашёл место силы (или не нашёл?).

1 июня. Ухаживал за огородом, починял сандалии, разбирал архив. Сын сдал алгебру и побывал, наконец, у меня. Ближе к ночи с неба полилось – и кончилась засуха!

2 июня, “Водолей”. Обложной дождь.

12 июня. В клубе В-ской – Кирющенко и система Ниси (Ниши).

14 июня, “Молоко матери”. Боже сил и Будда Гаутама! Примите мятежную душу в свое лоно. Не жду больше встреч, страстей, “половинок”. Я – монах. Моя семья – искатели Сокровенного.

21 июня. 11 женских писем мне (Володьке – гора-аздо меньше).

22 июня. Пишу ответы. С монашеством, однако, придётся погодить.

30 июля, “Шива”. Пишу новой невесте, упитанной торговке Вале из Железнодорожного.

17 июня. Любка убеждена в существовании мифических “хороших простых людей”, чья духовность выше нашей книжной. Впрочем, убедительных примеров привести не смогла.

Читаю “А/биографию йогина” Йогананды. “Садхана” – оригинальное название для кафешки в саду, а “Гитастан” – для ведического общества.

18 июня. Буду строить Маленькую Индию – здесь и сейчас.

19 июня. Нападение Ведьмы (б.жены).

23 июня. Первый же ночной сон был – собака, ухватившая меня за ногу мёртвой хваткой.

24 июня. Нинка снова ангел.

25 июня. Отныне я – Дон Катанадо (“катана” – меч). Мечом различения рассекать покрывала майи!

27 июня. Последнее дежурство на СВП (переводят на основное).

7 июля, Иван Купала. Сегодня узнал, что мой сменщик Мишка Морев – из Урывок. Ах, 6 лет тому было счастье…

Почти весь день провёл у Ильи (отсыпался, редактировал брачное объявление, читал Кэмпбелла).

16 июля. Из “МГ” узнал, что в Липецке создан Литфонд.